Посвящается Международному дню карандаша.
26 октября во всём мире отмечают День простого карандаша. Это праздник в честь незаменимого инструмента для черчения и рисования. Хотя нередко можно встретить упоминание, что прообраз карандаша появился в 1492 году, на самом деле история этого инструмента куда древнее. Ещё за несколько тысячелетий до появления бумаги наши предки пользовались материалами, ставшими основой для грифеля: смесью графита и глины.
Прообраз современного карандаша возник в XIV веке в Италии — это был жёсткий чёрный глиняный стержень, обёрнутый в кожу. Писать им было неудобно, зато цвет получался ярким и выразительным — его использовали, чтобы подчёркивать детали на картинах. С XVI века в обиход вошёл карандаш с графитовым стержнем — сначала как инструмент для письма и чертежей, а позже — как незаменимое средство для художников. Важной вехой стало изобретение в 1790 году французом Николя Жаком Конте первого механического карандаша, который стал предшественником современных моделей.
В графике карандаш занимает особое место. С него начинается почти каждый рисунок: карандашная линия фиксирует идею. Но карандаш — это не только «черновик». Великие мастера доказали, что даже в монохроме можно передать глубину и характер. Особенно ярко это видно в рисунках Народного художника СССР Николая Николаевича Жукова: многие из его работ созданы именно карандашом.
В детстве Коля Жуков копировал всё, что попадалось ему на глаза. Когда семья будущего художника приехала в Елец, случилась революция, затем началась гражданская война. В эти голодные годы Коля помогал семье — перерисовывал игральные карты, и мама относила их на базар, чтобы поменять на продукты.
В 1919 году Николай пошёл в школу. По воспоминаниям Жукова: «Однажды в классе учительница русского языка … прочла нам рассказ и дала задачу нарисовать рисунок по этому рассказу. Когда урок кончился, ученики показали свои рисунки. Учительница выбрала мой рисунок, показала его классу, сказала много приятных слов и привела в директорскую. С этого дня началась у меня школьная полоса рисования в девичьих альбомах, рисование карикатур на доске мелом, писание афиш о школьных вечерах. Все это было терпимо, а иной раз и интересно, но, что я очень не любил, — это рисовать с фотокарточек, а именно это приходилось делать часто».
Закачивая школу в 1926 году, Жуков твердо решил связать свою дальнейшую жизнь с профессией художника. В это тяжелое время «страсть к рисованию воспринималась, как забава, легкомыслие и, конечно, не дело». Многие пытались отговорить Николая, но по его словам: «Ни о чем другом я и слышать не хотел и заявил, что на все в жизни согласен, но хочу заниматься делом, которое люблю превыше всего».
В том же году Жуков поступил в Нижегородский художественно-промышленный техникум, а после продолжил учебу в Саратовском художественно-промышленном техникуме, который был одним из лучших в стране. Во время Николай он освоил приёмы литографии и со временем стал большим мастером в области книжной иллюстрации и полиграфии.
В 1932 году, после службы в Красной Армии, Николай Николаевич приехал работать в Москву. Чтобы наработать мастерство, Жуков брался за любую оформительскую работу – делал «различные товарные этикетки для папирос, конфет, пластинок, чертежи, шрифт, ретушь, рисунки к рекламным проспектам». Создавал плакаты для Всесоюзной торговой палаты и агентства «Интурист».
в том же году художник начал сотрудничество с книжными издательствами. И уже в 1938 году издательство «Молодая гвардия» поручило Жукову проиллюстрировать книгу «Воспоминание о Марксе». Задача была непростой: на тот момент художник даже не знал, как по-настоящему выглядел Карл Маркс. Чтобы справиться с заданием, Жуков проделал огромную исследовательскую работу: купил альбом «Изогиза» с фотографиями Маркса (пусть и не лучшего качества), перечитал в Государственной библиотеке имени В. И. Ленина переписку К. Маркса и Ф. Энгельса, изучил графику западных мастеров — Гаварни, Фортуни, Невиля, Детайля, Рембрандта и Гюстава Доре.
Для выполнения эскизов к книге художнику нужна была плотная бумага. Николай Николаевич вспоминал: «Многие открытия происходят случайно, таким же образом произошло и у меня. На белых полях фоторепродукции рисунка, напечатанной на матовом фотокартоне, я пробовал рисовать свинцовым карандашом и заметил, что диапазон его тона значительно увеличивается…Былая беспомощность ушла, и я испытывал нетерпение как можно скорее попытать силы в новой теме. Работа так увлекла меня, что ни о чем другом я не способен был думать. Новые темы стали потребностью жизни – я был счастлив».
Наработанный опыт по изучению материала о Марксе, позже пригодился Жукову при создании образа Ленина. По тому же выверенному плану Жуков изучал фото- и кинохронику, читал воспоминания современников. Для него не существовало «второстепенных» деталей — каждая мелочь помогала сделать образ живым и правдивым.
С началом Великой Отечественной войны Николая Жукова направили служить писарем в 115‑й запасной Торопецкий стрелковый полк, поэтому путь военного художника мог бы и не сложиться. Но Жуков уже тогда начал создавать рисунки на военную тему. Уже вскоре был откомандирован на фронт, редакцию военной газеты «На разгром врага». На фронте он постоянно тренировал руку – рисовал в любых условиях и даже под обстрелами. Эти фронтовые зарисовки отличает редкая документальность: работая на передовой и в госпиталях, в условиях, далёких от мастерской, он использовал карандаш и бумагу как «своё оружие», позволявшие быстро и точно схватывать суть момента. Среди характерных мотивов — солдатские будни: короткие минуты отдыха между боями, лица товарищей.
Не менее важны и трагические сюжеты: разрушенные города, люди, оставшиеся один на один с бедой.
Н.Н. Жуков «Старица в огне». 1941г. 
Н.Н. Жуков. «Подзаправиться», 1943г.
Именно в графике Жуков смог особенно остро передать внутреннее напряжение, сдержанную боль и стойкость советского народа. По воспоминаниям Бориса Полевого о Жукове: «Он был среди тех деятелей культуры, которые яростно сражались с оккупантами силой своего профессионального мастерства. Он нёс военную службу, и из-под его пера и карандаша выходили газетные и книжные иллюстрации, зарисовки, листовки, плакаты. Он был художником-солдатом в полном смысле этого слова, и он был также и командиром, возглавляя, как художественный руководитель Студию им. М.Б. Грекова».
В 1942 году Н.Н. Жукова из военной газеты «На разгром врага» переводят в 7‑й отдел Главного политуправления Калининского фронта, и наряду с патриотическими плакатами художник создаёт агитационные листовки, предназначенные для вражеской стороны. Эти материалы были настоящим психологическим оружием, обращённым к простому немецкому солдату. Жуков выполнил около 400 эскизов к таким листовкам, изображённые на них ужасы войны настолько врезались в память, что преследовали художника даже во сне.
За
огромный вклад в агитационную графику, а также за довоенное оформление
двухтомника «Воспоминание о Марксе и Энгельсе» в 1943 году Николаю
Жукову была присуждена Государственная премия II степени.
Итогом военной темы в творчестве Жукова стали документальные рисунки, созданные на Нюрнбергском процессе. В течение 40 дней, проведённых в Нюрнберге в качестве художественного корреспондента, художник выполнил более 200 рисунков, включая глубокие психологические портреты участников исторического процесса.
Сам Жуков так писал об этом: «Сотни раз был под минометным, артиллерийским обстрелом, под шквалом пулеметного огня, зверских вражеских бомбардировок и, конечно, не надеялся, что останусь жив и вернусь к любимой работе. И если бы мне тогда сказали, что я буду в 1946 году в числе корреспондентов газеты «Правда» на Нюрнбергском процессе и мне будет поручено запечатлеть облик тех, кто повинен во всех человеческих страданиях в последнюю войну, я бы не мог этому поверить…Все это я вспоминаю сейчас для того, чтобы острее передать чувства гордой радости и торжества, какие я испытывал, держа снова любимый карандаш на Нюрнбергском процессе. Это был уже не тот карандаш, которым я рисовал Маркса, Энгельса и мирные образы русских пейзажей. Это был карандаш, острие которого затачивалось все четыре года войны, поэтому карандаш был мне дорог не только как художнику, а прежде всего, как воину, как делегату от миллионов погибших в войне жертв. Этим карандашом я хотел выразить свои отношения ненависти и презрения, какие чувствовал весь наш народ к фашизму и его вдохновителям».
Николай Николаевич Жуков начал работать над образом Ленина ещё до Великой Отечественной войны. В конце 1940‑х годов он продолжил создавать рисунки на историко‑революционную тему. Серия работ охватывает ключевые этапы биографии Ленина — от детства и юности (учёба в гимназии, в Казанском университете) через периоды ссылок и эмиграции до подготовки и свершения Октябрьской революции. Художник трудился над этим образом на протяжении 30 лет и создал более 2500 рисунков. Особой популярностью в детской литературе пользовались две книги Александра Кононова о Ленине с иллюстрациями Н. Жукова: «Ёлка в Сокольниках» (издательство «Детгиз») и «Поездка в Кашино» (издательство «Детская литература»).
После войны раскрылась новая грань таланта художника. 1 июня 1950 года, в Международный день защиты детей, в Центральном доме работников искусства СССР состоялась персональная выставка Николая Николаевича Жукова «Дети». Она стала первой экспозицией художника, посвящённой теме, которая была ему особенно дорога.
Изображать детей — непростая задача, и здесь художнику пригодилась выработанная на фронте способность рисовать быстро и точно. Сам Жуков так говорил о детской теме: «Дети — это особый и большой народ. Нужно научиться понимать их язык, уметь быть им нужным и интересным, быть другом, чтобы они доверились нам и впустили в тайник своей чудесной души… Детская тема требует большой и настоящей любви, отцовского ко всем детям чувства художника, наблюдений, серьёзного к ним отношения». В своих произведениях художник стремился запечатлеть детей в самых естественных, непринуждённых ситуациях. Серию таких работ он назвал «Рисунки из‑за угла»: на них ребята заняты привычными делами — рисуют, играют, собирают кубики и пирамидки, помогают старшим.
Н.Н. Жуков «Начальник транспортного цех», 1956г.
Н.Н. Жуков «Опять каша», 1957г.
Большая часть этих рисунков выполнена в карандашной технике. Линейный рисунок с лёгкой штриховкой и растушёвкой придаёт работам особую мягкость и теплоту — в отличие от чёткой туши или литографии, которые в 1930–1940‑х годах чаще ассоциировались с «официальной» книжной графикой.
В 1962 году издательство Академии художеств СССР выпустило альбом «Дети». Во вступительной статье Сергей Михалков отметил: «Жуков знает, что кратчайший путь к сознанию, к душе ребёнка лежит через юмор». Неотъемлемой частью художественного образа стали и подписи автора под рисунками: они отличаются остроумием, лаконичностью и точностью.
Многие карандашные работы Николая Николаевича Жукова хранятся в экспозиции Дома‑музея Н. Н. Жукова в Ельце. Здесь же представлены рисунки, посвящённые самому Ельцу. Посетив Дом‑музей, можно своими глазами увидеть эти произведения и по достоинству оценить уникальный талант выдающегося советского графика.
Н.Н. Жуков «Елец», 1972г.
